Быт начеку

Невоевавшим сложно представить, как выживали смельчаки-добровольцы в непроходимых лесах и болотах в годы Великой Отечественной войны. Под снегом и дождем, в холода, на скудном питании какой была жизнь партизан?

Рецепт спасения

Пила для ампутации, бинты из прокипяченного белья, мох, что заменял вату, — такими нехитрыми материалами военврач Алексей Петрович спасал жизни в суровые годы войны.

imgВ годы войны Алексей Петрович не только отвоевывал у смерти раненых, но и командовал партизанским отрядом

Алексей Петровичу — 101 год. Несмотря на почтенный возраст, ветеран до малейших деталей помнит, как переносил тяготы лесного быта. В годы Великой Отечественной войны он служил военврачом в стрелковом батальоне 521-го стрелкового полка 133-й стрелковой дивизии, командовал партизанским отрядом. Немцы расстреляли отца и мать, сожгли хату.

— Доставляемого из центра оружия не хватало. Большой удачей было найти брошенные артиллерийские снаряды, винтовки, пулеметы. Попадались и мешки с продовольствием, в которых была мука, соль, крупы, ржаные сухари, консервы. Они спасали нас от голодной смерти. Лес стал для нас и домом, и кормильцем, и лекарем.

Зимой 1941–1942 года среди деревьев сооружали полуземлянки. Укрытием служили воронки от вражеских снарядов. Внутри все расчищали, стенки укрепляли подручными средствами — ветками, иногда и бортами от брошенных машин. Ютились в таких жилищах по 8–10 человек. Утепляли «дом» болотным мхом. Вместо крыши — брезент и еловые лапки. Одна беда — такие укрытия быстро находили и разрушали враги. В холодные и промозглые вечера согревались у костра. Доводилось жить и в шалашах, и в военных палатках с чугунными печками.

— Как-то ночью над нами пролетел самолет, по звуку определили — наши, — вспоминает Алексей Петрович. — Прочесали территорию и увидели большой парашют с грузом, застрявший в ветках. В мешках был тол. Вдобавок к необходимой взрывчатке мы получили ценную вещь — парашют. Он заменил нам несколько палаток. Во время наступления мы быстро сворачивали купол и уносили его с собой.

Воевал Алексей Петрович в Узденском, Руденском, Пуховичском районах.

— Помню, как раздобыли бормашину. Нашим товарищам повезло. Ведь в то время больные зубы просто выдирали клещами без всякой анестезии. Куда хуже обстояло дело с ранеными. Первое время в отрядах не было даже бинтов и ваты. Вместо них использовали разорванное на полосы прокипяченное белье, куски парашюта, а вату заменял мох. При операциях обходились подручными средствами. Ампутации конечностей делали обычными ножовками, прокаливая их на огне, а вместо анестезии давали стакан самогона.

imgСемейный лагерь в Ельском районе, 1943 год

О том, как умудрялись совершать смелые диверсии, ветеран рассказывает вот что:

— На костре расплавляли тол. Выливали его в формы и такими самодельными приспособлениями взрывали мосты и железнодорожные пути. Лежишь в снегу со снарядом, наблюдаешь. Прошли подставные вагоны — бегом к дороге, закладываешь снаряд. Потом ждешь, пока состав пойдет. Дергаешь за шнур — взрыв!

Победу Алексей Петрович встретил в Риге. Туда переехало военно-политическое училище, где он служил медиком. В конце беседы ветеран подчеркивает, главное — сохранить память.

Вода в дефиците

— К середине 1943 года на территории Беларуси было 20 партизанских зон — обширных территорий, полностью освобожденных от оккупации, власть в которых находилась в руках партизан и подпольных партийных комитетов, — рассказывает старший научный сотрудник отдела военной истории Беларуси Института истории НАН, кандидат исторических наук Александра Кузнецова-Тимонова.

В этих зонах проживало от 35 до 70 тысяч человек — это население крупного районного центра, как Сморгонь или Жлобин. Туда постоянно прибывали беженцы, спасавшиеся от карательных операций и боевых действий. В партизанских зонах пахали землю, сеяли хлеб, шили одежду и обувь, работали мастерские, небольшие фабрики и даже электростанции. Власть представляли партизанские комендатуры: за каждым отрядом в партизанской зоне закреплялась деревня. Все, кто мог носить оружие, попадали в партизанский резерв. Даже открывались подписки на военные займы, собранные деньги отправлялись на Большую землю для строительства танков и самолетов. В лесах создавались целые партизанские деревни, где открывали мастерские, пекли хлеб, учили и лечили. Одежда быстро изнашивалась. Часто ее передавали партизанам мирные жители, вязали теплые носки, шарфы.

imgПодготовка продуктов для партизан. Брестский район, 1942 год

— Остро стоял вопрос с едой. В первые месяцы оккупации отряды выживали благодаря помощи населения. Немцы не торопились распускать колхозы и партизаны этим пользовались: уводили скот с колхозных ферм, брали из буртов картофель. Особенно ценилась соль: ее катастрофически не хватало, — отмечает Александра Кузнецова-Тимонова. — Партизаны добывали продукты, нападая на немецкие машины с реквизированными у крестьян припасами: перехватывали молоко, которое везли на заводы, яйца, зерно, овощи. Случалось, полицейские под видом партизан грабили деревни. Наказание за мародерство и преступления против мирных жителей у партизан было одно — расстрел.

В лесах встречались мелкие мастерские — сапожные, пошивочные. Постепенно возрождались в партизанских зонах и более крупные предприятия. С весны 1942 года возобновила работу Пудотьская картонная фабрика: в столярном цеху изготавливали телеги, в слесарном — ремонтировали и собирали оружие, в кузнечном — машины, повозки, кухонную и домашнюю утварь. Действовали партизанские электростанции, мельницы, почти промышленные хлебопекарни. К концу 1942-го 31% молочных ферм находился под контролем народных мстителей.

В партизанских лагерях, долго находившихся на одном месте, постепенно организовывались «подсобные хозяйства». Например, коровье молоко давали раненым, больным и малолетним детям. Также почти в каждом отряде, как в отрядах Кирова Пинской области, в бригаде Медведева Вилейской области, была походная хлебопекарня: в ход шла мука и картошка. Порой хлеб или лепешки пекли просто на костре.

Картошка составляла основу рациона. Случалось застрелить дикого зверя — охотников хватало в каждом отряде. В сезон активно собирали грибы, ягоды, травы. Питались два-три раза в день. У бойцов был сухпаек: сухари, солонина или кусок сала. Дефицитом была чистая питьевая вода. Зимой ее добывали, растапливая снег. Летом процеживали через тряпки мутную болотную и речную воду. Некачественная вода часто вызывала дизентерию.

imgПартизанский ужин

Вместо мази — березовый деготь

Организовать качественное лечение в отрядах в условиях боев, дальних переходов и смены стоянок было невозможно. Врачей в первое время катастрофически не хватало: к концу 1941 года в партизанских отрядах было всего шесть врачей и чуть больше квалифицированных медработников. Ряды партизанских медиков пополняли уходящие в отряды местные жители и представители медсостава попавших в окружение воинских частей.

Александра Кузнецова-Тимонова рассказывает, что первые «стационарные» лесные лазареты и госпитали появились только летом 1942-го, когда окрепли партизанские отряды, наладилась связь с Большой землей и стало возможным вывозить тяжелораненых и заболевших самолетом в советский тыл и доставлять в отряды лекарства, вакцины, перевязочные материалы. В условиях нехватки медицинских кадров их стали обучать на месте. Например, в 8-й Рогачевской бригаде были организованы курсы санинструкторов. Нехватка витаминов приводила к цинге, заболеваниям десен. Плохо налаженные бытовые условия могли спровоцировать простудные заболевания, грипп, воспаление легких. Настоящей бедой была чесотка. Для ее лечения гнали березовый деготь, смешивали его с солью и натирали кожу. При желудочно-кишечных заболеваниях — устраивали голодовку, потом больного отпаивали отваром сухой черники, давали сухари, отвар ольховой коры и жидкую овсянку. Заболевания десен лечились отваром сосновой хвои или дубовой коры.

Автор: Кристина Хилько

Другие статьи
07.07.2021
Они сражались за Родину
История партизанской семьи Зеневич непрерывной нитью вплелась в историю, трагедии и победы нашей страны. Страны, сломавшей хребет ...
05.07.2021
Побег из Тростенца
Изучили воспоминания руководителя разведчиков спецгруппы «Артур» партизанской бригады имени Калинина Минской области Георгия Бегуна
02.07.2021
Крест на личном деле Парсаданова
Судьба приговоренного к смерти бобруйского подпольщика, который вырвался из лап гестапо и провел не одну диверсию, может стать ...
01/00