Так погибла деревня

15 июня 1942 года фашистские каратели уничтожили вместе с жителями деревню Борки Кировского района Могилевской области. Тогда же сожгли вместе с жителями прилегающие поселки: Пролетарский, имени Дзержинского, Красный Пахарь, Закриничье, Долгое Поле и Хватовка. Произошла одна из самых масштабных трагедий на территории Беларуси времен Великой Отечественной войны. И хотя о том уже немало написано, до сих пор появляются новые архивные документы и свидетельства, открываются прежде малоизвестные эпизоды нацистского преступления.

Взлет отменяется

Попробуем восстановить и реконструировать ход событий при помощи сохранившихся партизанских и немецких документов, а также воспоминаний свидетелей. Шоссе Могилев — Бобруйск было тем местом, где многие партизанские отряды устраивали засады на автомашины врага. Сюда на боевые задания выходили и бойцы 277—го отряда под командованием Игнатия Изоха, входившего в состав Кличевского оперативного центра, который находился в подчинении 208—го партизанского отряда под командованием полковника Владимира Ничипоровича. Ничипорович ввел в партизанских отрядах устав Красной Армии, и все партизанские операции выполнялись по приказу и оформлялись письменно, поэтому в архиве сохранились важные документы того времени.

img

Из приказов по 277—му партизанскому отряду:

«...В целях парализации живой силы пр—ка и также снабжения приказываю: командиру 2—й роты старшему лейтенанту Антюху сформировать оперативную группу... выйти в район перекрестия шоссейной дороги Могилев — Бобруйск и старого Екатерининского тракта Могилев — Бобруйск, организовать засаду и уничтожить всякое движение живой силы, а также транспорта...».

imgА.Антюхин

В другом партизанском документе указывается подробный маршрут движения. Таким образом, засада планировалась недалеко от деревни Столпище, находящейся от Борок примерно в 30 километрах.

После боя на шоссе Аркадий Антюх отправил донесение в штаб: «8.6.42. Прибыла группа Антюха — уничтожили 41 гитлеровца и 4 раненых, сожгли 3 машины, забрали 6 пистолетов и пр.»

Из послевоенных воспоминаний участника боя на шоссе, партизана 277—го отряда М.Грузда:

«...Когда машины подошли к середине партизанской цепи, бойцы открыли огонь. Из машин не послышалось ни одного выстрела. В первой машине было уничтожено 49 фашистских летчиков, два шофера и один из обслуживающих работников. Вторая машина шла с продуктами питания для фашистских летчиков...»

Получается, летчики ехали практически безоружные и без охраны. То, что немцы не оказали сопротивления, подтверждают и свидетели.

А через день была и вторая засада — свидетели говорят, возле деревни Скачок, в 8 километрах от Борок. Как следует из архивных документов, 9 июня из засады партизаны уничтожили нацистскую команду полиции безопасности и СД, в которую входили 8 СС—фюреров и полицейские.

Кровавый след

Чтобы подготовить пилота, требуется много времени и средств, а тут в один день погибло столько летчиков и еще эсэсовцы из команды СД. После этого последовала карательная акция в деревне Борки и прилегающих поселках.

В Национальном архиве Беларуси сохранилось донесение командира батальона Оскара Дирлевангера от 16 июня 1942 года:

«Высшему начальнику СС и полиции. г. Могилев. Вчерашняя операция против деревни Борки прошла без соприкосновения с противником. Деревня сразу же была окружена и занята. Жители, которые пытались бежать, — расстреляны, в том числе, трое вооруженных. Обыск показал, что речь идет о партизанской деревне. Почти никого из мужчин в деревне не оказалось, очень мало лошадей и без повозок...»

Историки утверждают, что в составе карателей на акции в Борках наряду с немцами находился взвод коллаборационистов и подразделение местного фольксдойче из Кличева Августа Барчке, которого все называли Барчик, — до появления в батальоне Дирлевангера начальника полиции в Кличеве (весной 1942 года этот полицейский гарнизон разгромили партизаны). Свидетели сообщали, что каратели Дирлевангера были одеты в немецкую форму, но разговаривали на разных языках.

Особой команде СС Дирлевангера поручалась охрана шоссе Могилев — Бобруйск. Но случилось чрезвычайное происшествие — погибли летчики и была уничтожена эсэсовская команда СД с полицейскими. Дирлевангеру требовалось искупать вину. Партизан в лесу поймать невозможно, и нацисты за нападение на своих солдат применяли метод коллективной ответственности жителей окрестных деревень. Поэтому с такой жестокостью были уничтожены Борки с прилегающими поселками. Обычно после партизанских акций жители близлежащих к ним деревень уходили в лес. Но в Борках ничего не знали об уничтожении летчиков, никакой опасности для себя не видели, и все оставались дома.

Хоронить было некому

Сколько точно сельчан погибло, уже невозможно установить, но не менее 1.800 человек. Российские историки Д.Жуков и И.Ковтун ссылаются на донесение Дирлевангера об акции в Борках, в котором указывается: «расстреляно жителей — 1112, плюс ликвидировано СД — 633. Всего: 1745. Расстреляно при попытке к бегству — 282. Общее количество: 2027».

Выходит, по нацистским подсчетам, жертв больше, чем обычно думали. Возможно, в Борках находились люди из соседних деревень.

О том, что каратели перед расстрелом в домах пересчитывали своих жертв, рассказывал и уцелевший свидетель из д.Борки Михаил Федосович Сакадынец 1928 г.р. Тот день стал последним для его матери, сестры, братьев, племянников. Сам он чудом остался жив. Из воспоминаний М.Сакадынца:

img

...Дома сестра Анна оставалась с детьми. Два моих брата — Иван, с 24—го года, и Василь, с 20—го года. Третий брат, Николай, был маленький — с 38—го года. Мама понесла гладыш с молоком нашим родственникам. А я вслед выскочил — к хлопцам на другую улицу. Там тоже Сакадынцы жили. У них сын Володя, с 25—го года. Я хотел пойти сховаться: мы боялись, что детей забирают в Германию. Володя говорит: пойдем сховаемся на купник — так у нас часть озера называлась. Стали одеваться. Я возле окна, что от улицы, сел. Глядь — немцы стоят у калитки. Володя ботинки бросил и так остался сидеть. Хозяйка и девочка, их племянница из другой деревни, — на запечку. Хозяин рядом со мной сидел на скамейке. И была старушка из Пролетарского. Зашли два человека в немецкой зеленой с карманами форме — в пилотках, с винтовками. Один сухообразный, выше среднего роста. Второй низкого роста, плотный, с животом. Сухообразный посчитал нас. И оба они в нас с хозяином выстрелили. На мне был надет пиджак брата. Так я тем пиджаком отвернулся и упал вместе с хозяином со скамейки. Они хозяину как дали в голову... Оба. Мозги и кровь попали мне на плечо. Все кровью залито было. Они подумали, что и меня убили. Я лежал и не дрыгался, а они других били. Когда я пришел в себя, их уже не было в хате. Только жена хозяина еще ойкала. Смотрю — хозяин лежит боком. Володя лежит на койке, и к стене отвернулся. Хозяйка и старушка — на запечку: хозяйка одну руку закинула на старушку, а вторую — на племянницу. Она не упала, а ноги свисали у нее... Девочка была к стенке повернута. Все убитые.

Когда я уходил из дома, видел, как полицаев с семьями эсэсовцы вели. Оказывается, их всех загнали в школьный сарай и сожгли живьем. Посчитали, что партизанам помогали. Мама, куда молоко понесла, там и осталась... Нашел трупы детей сестры, а ее саму не нашел. В доме сгорели. Брат Иван ночевал у соседа — тоже не знаю, где погиб. А Василь возле школьного двора лежал убитый — плечи были обгоревшие. Кости их закопали на кладбище. Хоронить некому было. Потом я пошел в партизаны...

О том, что происходило в тот день и как каратели уничтожили Борки и шесть поселков, говорится в документе, составленном сразу после освобождения местности от фашистов.

Из акта от 29 июня 1944 года, составленного военным следователем майором юстиции Мазниченко:

«...В Закриничье каратели всех начали выгонять из домов на окраину поселка, загоняли в каждый из домов по 8 человек, заставляли ложиться на пол в ряд по 4 человека, второй ряд — головы к головам первого ряда. Затем из автоматов расстреливали лежащих людей. Закончив свое злодеяние, переходили в другой дом. И так расстреляли всех — и старых и малых. Потом эсэсовцы принесли солому и зажгли поселок. В остальных 6 поселках заходили в дом и, ничего не говоря, всех без разбора расстреливали. Закончив свою кровавую расправу к середине дня, подожгли все поселки, в пожаре сгорели и убитые люди».

Автор: Александр Павлюкович

Другие статьи
07.07.2021
Они сражались за Родину
История партизанской семьи Зеневич непрерывной нитью вплелась в историю, трагедии и победы нашей страны. Страны, сломавшей хребет ...
05.07.2021
Побег из Тростенца
Изучили воспоминания руководителя разведчиков спецгруппы «Артур» партизанской бригады имени Калинина Минской области Георгия Бегуна
02.07.2021
Крест на личном деле Парсаданова
Судьба приговоренного к смерти бобруйского подпольщика, который вырвался из лап гестапо и провел не одну диверсию, может стать ...
01/00