Жизнь за любимых

Льву Гаврииловичу Плюту — 88 лет, он коренной житель райцентра Чашники. Родился, вырос и поныне живет в доме на улице Пролетарской, стены которого хранят память трагических лет оккупации: боль и горечь вместе с благодарностью отцу Гавриилу Харитоновичу, который ценой собственной жизни спас жену и детей.

imgГавриил Харитонович Плют

Недолгое счастье

До войны в Чашниках большинство жителей были евреями. Много было и смешанных браков. В конце 1920-х поженились еврейка Малка Дыкман и белорус Гавриил Плют. Когда началась война, у них подрастали сыновья Лев и Генрих. В это время в Чашниках появилось много беженцев-евреев из разных стран Европы. Они рассказывали о том, что ждет евреев при фашистах, но большинство местных не хотели в это верить. Эвакуироваться решились всего около 10 процентов. Забегая вперед, скажем, что для остальных евреев противоположный выбор стал роковым.

Немецкая армия вошла в Чашники 5 июля 1941 года. Возобновилась служба в православной церкви, закрытой коммунистами, и Гавриил, предчувствовавший неладное, практически сразу же повел туда жену и детей, чтобы окрестить. Малка стала Марией, Лев — Леонидом, Генрих — Геннадием. Но надежды на то, что таким образом удастся избежать преследования, не оправдались.

Поскольку Гавриил Харитонович в 1937 году был осужден, новая власть отнеслась к нему благосклонно. «Дети могут проживать с вами, поскольку вы — глава семьи, белорус, пострадавший от советской власти, — объявил беседовавший с ним офицер. — А вот с женой необходимо развестись. Еврейка должна жить на своей территории». Но этот вопрос глава семьи решил по-своему. Соорудил в подвале дополнительную стенку, разделившую помещение пополам, чтобы в случае облавы жена могла быстро спрятаться там. 14 февраля 1942 года Малка Плют спустилась в убежище, а 1805 местных евреев отправились в последний путь на Слободское поле в километре от местечка. Местные вспоминали, что яма, в которой были погребены жертвы, шевелилась еще несколько дней.

imgМалка Плют с младшим сыном Геной

Не возвращайся

Целый год Малка выходила к семье только ночью. Но кто-то донес, что Гавриил скрывает жену еврейку. Его арестовали, а к Плютам нагрянули с обыском. Лев в этот день по заданию отца отправился в деревню Паулье, где должен был передать сведения партизанским связным. Заметив во дворе полицаев, Малка спряталась. Из своего убежища слышала разговор, который вели полицаи с семилетним Геной. Показывая на висевшую на стене фотографию, они спрашивали мальчика: «Это твоя мама?» Но малыш уверенно отвечал: «Нет, мою маму расстреляли немцы, это тетя». Неожиданно один из «гостей» решил спуститься в подвал, взялся осматривать его и обнаружил за перегородкой еще одно помещение. Он отправился за лампой, и в это время женщина смогла убежать. Вышла огородами из местечка и пошла в сторону Паулья, где жила родная сестра мужа Марфа. В деревне мать встретилась со старшим сыном.

Не найдя Малку, немцы забрали маленького Гену. Мальчика поместили в Чашникскую тюрьму, где находился отец. Сестра Марфа из Паулья пришла в Чашники, ей удалось добиться свидания с братом. Гавриил предполагал, что его расстреляют, и велел передать жене, чтобы она не возвращалась домой. Гену помог вызволить полицай, который перешел на сторону партизан. Он привез его в деревню Дворец, где жила вторая сестра отца. У тети Антонины мальчик пробыл до самого освобождения Беларуси, где его затем нашли мама и брат.

Автор: Ирина Торбина

Другие статьи
07.07.2021
Они сражались за Родину
История партизанской семьи Зеневич непрерывной нитью вплелась в историю, трагедии и победы нашей страны. Страны, сломавшей хребет ...
05.07.2021
Побег из Тростенца
Изучили воспоминания руководителя разведчиков спецгруппы «Артур» партизанской бригады имени Калинина Минской области Георгия Бегуна
02.07.2021
Крест на личном деле Парсаданова
Судьба приговоренного к смерти бобруйского подпольщика, который вырвался из лап гестапо и провел не одну диверсию, может стать ...
01/00